“Сокровищница жемчужин”

Сокровищница жемчужинСборник под таким названием, в который вошли образцы мировой поэзии в переводах на лезгинский язык, издан Дагестанским книжным издательством. «Жемчужины» 50 поэтов разных веков и на разных языках перевел на родной язык замечательный наш современник Азиз Мирзабеков. В издательстве не скрывают своего удовлетворения тем, какой получилась книга: «Говорим спасибо и автору, представившему нам интересную работу, и редактору, подготовившему книгу».

Полиграфическое исполнение книги, безусловно, является успехом издательства. «Сокровищница жемчужин», только увидев свет, уже побывала на одном из книжных выставок, и говорят, что она будет выставляться и на других ожидаемых выставках и в экспозициях издательских мероприятий.
Азиза Мирзабекова, одного из лучших современных лезгинских поэтов, известного и как литературовед, переводчик, публицист, можно было бы и не представлять. Говоря о нем как о переводчике, стоит вспомнить, что в прошлом уже выходили две его книжечки переводов на лезгинский – «Из сокровищницы русской поэзии» и «Венок жемчужин». Отметим и другое, чрезвычайно важное для нас, направление в его работе: он один из тех, кто наиболее профессионально работает над переводом произведений старых лезгинских поэтов, творивших на фарси, арабском и тюркском, на собственно лезгинский язык, и делает их достоянием современных чита- телей. Еще десять лет назад вышел вызвавший серьезный интерес его сборник, в которую вошли произведения лезгинских авторов, написанные на других языках, начиная от VII вплоть до XX века (от оды «Плач по великому князю Джаванширу» албанского поэта Давтака до переводов стихов Сулеймана Стальского, сложенных на тюркском).

Помимо русского языка Азиз Мирзабеков, уроженец Кусарского района Азербайджана, владеет азербайджанским на уровне родного. Однажды при нашей беседе, наизусть читая рубаи Хаяма на фарси, и тут же переводя их, он объяснял особенности их формы. А на мой вопрос, в каких отношениях он с арабским языком, ответил, что желал бы знать его глубже, на что никак не может выкроить времени. Это я говорю к тому, что Мирзабеков переводит не только через посредство русского, что обычно вынуждены делать другие.
Знакомство со сборником «Сокровищница жемчужин» приводит к мысли, что этот немалый свод переводов явился не исполнением пришедшей автору мысли: вот переведу столько-то поэтов и издам их сборником… Можно предположить, что переводы накапливались в течение долгих лет, и первоначально выбирались и переводились они не с целью увидеть напечатанными, а потому, что были, по определению незабвенного Петра Вайля, «стихами про тебя», которые «безошибочно прямо обращаются к тебе».
Все сказанное и то, что еще можно сказать, не имело бы смысла, если бы с первых же страниц читателя не охватывало чувство соприкосновения с поистине высочайшей пробы поэзией на родном языке. И оно приходит в смену напряженному чувству выжидания и подготовки к худшему: ведь мы привыкли, читая переводы, обычно встречаться с ремесленническим подходом к этой серьезной и тонкой работе. А дагестанец всю мировую литературу может читать на русском языке, когда о переводах не часто думаешь, хорошие они или не очень… Представление «жемчужин» каждого поэта предваряется миниатюрой-рассказом о самом поэте, что оказывается совсем не лишним и делает тебя путешественником по великолепным поэтическим маршрутам. И язык этих миниатюр, не заштампованный, не обесцвеченный, не стертый, — а колоритный и яркий, также доставляет тебе истинную радость.
Праздник высокой поэзии на родном языке начинается встречей с Рудаки (860 – 941), можно сказать, со строки его рубаи: «Кто пришел? Любимая пришла. Когда пришла? На заре…» Дальше читателю предоставляется упиваться строками из Фирдоуси, Хайяма, Саади, Хафиза, Джами. Кто хотя бы не слышал этих имен? Они, оформившиеся в своем величии и блеске на русском языке, близкие, занявшее неизменное место в твоей памяти и душе. Но вот ведь что удивительно: оказывается, на родном языке, в хороших переводах, их можно читать без оглядки на существующее знакомство, с захватывающим чувством.
Маршрут прекрасного путешествия, проложенный А.Мирзабековым, ведет нас дальше, в поэзии на тюркских языках, таким же знанием которой, как и персидской, мы не можем похвастаться. И как не быть благодарным переводчику и составителю книги за возможность первоначального знакомства, скажем, с удивительной поэзией одного из зачинателей поэзии Турции Юнуса Эмре (1240 – 1320)? Или за благозвучие на родном языке полных страсти строк туркменских классиков Махтумкули (1733 – 1782) и Сейди (1775 – 1836)? Но далее, на восход солнца. Неожиданный и увлекательный переход к японской классике. К великому и утонченному Басё (1644 – 1694), в окружении предшественников и последователей, среди которых заодно встречаются и его ученики в немалом числе.
Достигаем Европу. И читаешь на лезгинском из Шекспира отрывок «Мир – это театр» из комедии «Как вам это нравится», знаменитый монолог Гамлета, 66-й сонет, «Шильонский узник» Байрона. Затем будут Гете и Гейне, Петрарка. Приходим в мир русской поэзии, представленный обширнее и разнообразнее. Среди очень разных имен есть и такие, чьи строки, наверное, на лезгинском звучат впервые, например, Марины Цветаевой. У лезгин трогательное отношение к украинцу Тарасу Шевченко, и в книгу вошел цикл переводов его стихов.
Возвращаемся на родной Кавказ. Грузинская классика представлена отрывком из «Витязя в тигровой шкуре», стихами Акакия Церетели (1840 – 1914), армянская поэзия – строками Паруйра Севака (1924 – 1971), азербайджанская – целым рядом поэтических имен, в числе которых Физули (1494 – 1556) и Вагиф (1717 – 1797). А из дагестанцев наряду с Гамзатом Цадасой в сборнике оказался и недавно ушедший от нас ярко одаренный Айдын Ханмагомедов. Но не скажешь, что строки табасаранского поэта, короткие и емкие («Я тлен, но вечен наш Дербент…») диссонирует с содержанием всего сборника. И все это вместе взятое не могло не быть интересным и привлекательным при том главном условии, о котором мы говорили – при мастерски исполненных пере­- водах.
В предисловии к книге ее редактор Арбен Кардаш, отмечая, что Азиз Мирзабеков показывает образцы истинной поэзии, говорит: «Необходимость в этом сегодня особенно велика. Потому что, читая стихи, которые появляются на страницах наших газет и журналов, многие поэтические сборники, кажется, что их авторы перестали отличать хорошее от плохого, истинное от ложного, легковесное от полноценного». Не знаю, можно ли кому-нибудь доказать, что он дурак, а бесталанному – что он не поэт… Главное, на мой взгляд, чего достиг Азиз Мирзабеков, читая его новую книгу, не возникает вопроса: зачем переводы, когда можно читать на русском? Читатель со вкусом определит, что «Сокровищница жемчужин» не из тех книг, которых, полистав, отбрасываешь подальше и навсегда. Читатель-знаток будет держать ее на своей «золотой полке», чтобы в нашей жизни, горящей отнюдь не поэтическим огнем, по возможности устраивать себе очищающие и осветленные радостью встречи с поэтами разных времен и народов, строки которых так прекрасно звучат на родном языке.

Гаджи Ильясов,
писатель и публицист

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.