Образ моря в поэзии Келентера

КелентерПрирода  всегда была для поэтов источником вдохновения. Море, пожалуй, самое удивительное из чудес природы. Водная стихия пугает и, в то же время, неодолимо притягивает своей красотой, таинственностью и силой. К образу моря обращаются многие лезгинские поэты. Коснёмся творчества одного из ярких и самобытных поэтов —  Келентера. У каждого из нас есть свое самое незабываемое место, которое иногда снится по ночам, к которому хочется вернуться раз за разом. Именно таким местом является для поэта берег родного Каспия. У Келентера целый цикл стихов, посвящённых морю. Это такие стихи, как «Заз гьуьл секин акуна», «Гьуьл», «Деринвал», «Сагърай лагьайтIани…», «Вуч лугьузва лепейри?», «Каспи — вили мани я», «Гими физва», «Уьмуьр ала лепейрал».
По-разному предстаёт образ моря в этих стихах. В стихотворении «Заз гьуьл секин акуна» рассказывается о спокойном, смиренном море, на берег которого часто приходит автор. Только здесь, рядом с морем, обретает поэт душевное спокойствие и вдохновение:

Къе шиир кхьихь лугьуз,
РикI илгьамдик ацIанвай;
Къе вили цавун кIаник
Зи вили гьуьл ксанвай…

/Сегодня сердце вдохновения полно,
Желаньем стих сложить возбуждено оно…
Под небом голубым в смятенье я брожу,
Спит море голубое…/ ***
(здесь и далее перевод Наримы Ахмедовой)

Автор находится в тот момент, когда на море полное  затишье. В безветренную, тихую погоду на море нет ни одной волны. Ничто не тревожит водную гладь:

ГьикI хьанавай заз, дуьняда
Авайбур туш лепеяр,
Уьмуьрдин гьич са мани
Лагьайбур туш лепеяр.

/Мне показалось, нет на свете больше волн,
Как будто все вокруг втянуло в крепкий сон,
Как будто песнь свою не пели никогда,
Растаяли, исчезли волны, сквозь года…/

Напрасны поиски волн, кажется, что море уснуло глубоким сном. Такое спокойствие — большая редкость на море. Об этом повествует автор в следующих строчках:

Яргъарилай элкъвена,
Зун лепейрихъ къвекъвена.
ГьинавайтIа лепеяр?
ВаъI Лепеяр юзанач.

В стихах Келентера море одушевлено. Поэт часто обращается к нему, задаёт вопросы, беседует, как с давним другом. Ему кажется, что море, как и человек, задумалось о чём-то своём, не замечая никого:

АкI хьана заз, гьуьлуьн яд
Дердин хура  гьатнава;
АкI хьана  заз, иервал
Зи гьуьлуькай катнава!
«Заз гьуьл секин акуна»

Но душе поэта чуждо это спокойствие. Ему хочется увидеть море во всей красе: бушующим и возмущённым. Он понимает, что это временное затишье и называет море «дили гьуьл» (бешеное море) /Аватнач къе ахварай, Зи дили гьуьл лал хьана;/, тем самым подчёркивая, что «дили гьуьл» может в любой момент проснуться, взбунтоваться…

Гила кьве вил гегьенш-гегьенш ахъайна
Гьуьлуьз хъсан килиг вуна.
Ам секин я, ам гужлу я.
Секин жезни, гужлу жезни гьуьл буржлу я,
Адахъ чIехи гьунар ава, къуват ава,
КичIерарна, аждагьанни
Лигимардай гьайбат ава.
(«Гьуьл»)

В стихотворениях «Деринвал» и «Уьмуьр ала лепейрал» описание водной стихии получает  философское осмысление. В этих стихах автор рассуждает о смысле жизни, о таких человеческих качествах, как мужество, отвага, гуманность:

Дерин-дерин океанрал
Фадлай ашукь хьанва зи рикI.
Деринбур я дуьняд къастар,
Деринвал зи бахт тушни бес?
(«Деринвал»)

…Игитвални гьуьлелла,
Кьегьалвални гьуьлелла,
Инсанвални гьуьлелла.
ГьакI ЯтIани, игьтият
Ахъай тийиз гьич гъиляй,
Уьмуьрдинни бахтунин,
Масанвалнни гьуьлелла!

(«Уьмуьр ала лепейрал»)

/И смелость есть в море,
И сила есть в море,
В нем есть человечность,
В нем есть сила воли…
И в нем, несмотря ни на что в этой жизни,
Есть счастья тропа…/

В стихотворении «Вуч лугьузва лепейри?» поэт пытается понять целесообразность и мудрость природы, её величие и красоту, понять, отчего море так притягательно и какие тайны хранят в себе морские пучины:

…Яраб Аллагь, гьихьтин гафар,
Ихтилатар абрув гватIа?
Михьи ашкъни, муьгьуьббатни
Цаварилай дерин ятIа?
Вучиз ара гун тавуна,
Кушкушзава лепейри…
Вуч хъсан тир чир хьанайтIа,
Вуч лугьузва лепейри?!

/Знать бы нам, вы о чем, волны, всё говорите? Не понять шёпот ваш, хоть сто раз повторите, Вашей чистой любви необъятны просторы, Глубже, чем небеса, неприступней, чем горы. Почему без умолку шёпот волн раздается? Всё окутав, как в шелк, как же им удается? Как хотелось бы знать — вы о чем говорите? Расскажите и нам, про себя, расскажите./

Что хотят сказать волны, о чём они шепчутся, —  так и остаётся тайной для поэта.

…Виш цуькведин атир галаз.
Мецел хъсан мани алаз,
Къерехра гар къекъведайла,
Кушкушзава лепейри…

/И с запахом сотни чудесных цветов,
С напевом мелодий красивых,
Гуляя по краю морских берегов,
Волн шёпот нам слышен вновь страстный…/

С незапамятных времен люди любуются морем. Оно стало неотъемлемой частью нашего бытия. Стихотворения «Гьуьл» и «Гими физва» — своеобразный гимн красоте Каспия. В них автор с большой любовью рисует нам красочный образ Каспийского моря, на берегу которого прошла большая часть  его жизни. С Каспием связаны самые лучшие моменты жизни поэта, его мысли и чаяния, поэтому с особой теплотой говорит он о любимом море:

Кьил эцигна, рагъ хъиткьиндай чкадал,
Яргъи хьанва гьуьл.
Экьечнава зун гимидин айвандал,
Шад я зи гуьгьуьл…
…хъсан-хъсан килигайла,
Вили гьуьл мад михьи я.
Сефил рушан вили нагъв хьиз,
Гьуьлевай яд михьи я.
АкI туширтIа, адал зи вил жедайни?
АкI туширтIа, гьуьлуькай гьуьл жедайни?
(«Гьуьл»)

Гьуьл авайвал аквадамаз,
АкI жезва заз,
Гимид гьуьл ваъ,
Ксанвай са иер руш
Ахваривай ийизвай хьиз
(«Гими физва»)

Любовь к морю позволяет поэту полнее отразить те мысли и чувства, которые переполняют его душу.

Къе гьуьл секин, къе югъ чими,
Къваз тавуна физва гими.
Килигзава зун кьуд патаз,
Каспи гьуьлуьхъ зи вил галаз.
…Гьуьл акутIун —
Вили чарчин са чин хьтин.
Вили гьуьлуьн чиниз килиг,
Уьтуь янвай сатин хьтин!…
(«Гими физва»)

Не только красота могучей стихии занимает мысли автора. В стихотворении «Каспи — вили мани я!» море представляется живым, мыслящим существом, способным откликнуться на любовь поэта:

Адан гафар — лепеяр,
Композитор — гарар я.
Ам заз масан тирдини,
Белки адаз хабар я…

Это одно из самых задушевных стихотворений поэта Келентера. По форме стихотворение напоминает монолог.

Садани заз талурай:
Вучиз Каспи ийер я?
Куьне лугьур яд туш ам,
Хайи чилин бейтер я.

Поэт рассуждает о том, что Каспий очень дорог ему не только как часть родной природы, но и как родина наших предков. В шелесте волн поэту слышатся  песни далёких предков.  Эти песни для поэта дороже всего на свете, они входят в сознание вместе с родным языком:

Элдин верци авазрин,
А манидин къвезва ван.
Маса мани авач жед,
И мани кьван заз масан.
Яб це, мани верци я,
Дагъдай къвезвай ятар хьиз,
Ам зи рикIе гьахьзава,
Дидедин хуш гафар хьиз.

/Той песни прекрасной слышна нам мелодия,
Нет песни дороже, чем песня народная;
Журчит ручейком, с гор высоких стекая,
Своей красотою наш слух услаждая.
Как мамины речи, сквозь сердце проходит,
И в сердце у каждого место находит…/

(Перевод Н. Ахмедовой)

Можно сказать, что творчество Келентера многообразна. В его стихах много мудрости, чувствуется глубина авторского мироощущения. В стихах, посвящённых морю, поэт поднимает разные проблемы: рассуждает о прошлом, о будущем, о смысле жизни, о предназначении человеческой судьбы, о роли природы в жизни человека. Эти размышления приводят читателя к понимаю того, что природа и человек — это единое гармоничное целое, которое делает жизнь прекрасной и вдохновляющей. Автор подводит читателя к мысли, что лишь погрузившись в могущество и красоту земной природы, человек способен ощутить свою целостность с миром и быть счастливым.

Раида Ревшан
филолог, г. Астрахань

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.